Не скучно? Не грустно? Не страшно? Не сложно? Раньше мне часто задавали эти вопросы. Они о том, как это – жить одной, причем ладно в московской квартире, но в загородном доме!? Этот образ – “одинокая женщина без детей” – выглядит в глазах многих как нечто очень печальное: жизнь у нее, кажется, не удалась. Мужчинам проще – «закоренелый холостяк» звучит почти гордо.

В прошлом году в интервью журналу Vogue актриса Эмма Уотсон назвала себя self-partnered – вместо унизительного single. Она говорила об этих тревожных сигналах подсознания и о давлении социума: если к 30 у тебя нет мужа, ребенка, дома и успешной карьеры, значит, что-то пошло не так. А если, по твоим ощущениям, все так!? И это не история про феминизм, мужененавистничество, асексуальность или чайлдфри. Просто так вышло на данный момент времени, и нет здесь трагизма и разочарования.
По статистике, около 50% американцев предпочитают оставаться single, об этом феномене пишутся бестеселлеры вроде “Жизнь соло: Новая социальная реальность” Эрика Кляйненберга, а 29 февраля в Москве проводится Organic Woman Club, посвященный теме Self-Partnered.

“Около 30” с «семья-дети» действительно достают — в мои 32, когда я была юна, прекрасна и свободна после долгих отношений, бывший шеф говорил: «Жукова, надевай мини и вперед, у тебя уже почти нет времени, выходишь в тираж». Сейчас, в 40+, когда я уже не настолько юна, но по-прежнему прекрасна и еще более свободна, с этим вопросом отстали все. Дальние родственники и случайные подруги, видимо, поставили крест на моей судьбе, а те, кто знает получше и меня, и мой образ жизни, стали спрашивать о другом: «Что нужно делать, чтобы жить так, как умеешь ты? Научи.»
И это – о радости бытия и любопытстве к жизни, о том, чтобы бережно к себе относиться и развиваться в свое удовольствие, чтобы выбирать маршруты и ходить там, куда глаза глядят, чтобы делать дом уютным и еду вкусной – себе, без повода, как само собой разумеющееся. В стиле «я просто живу».

Не скучно?
Мне повезло: скучать я перестала 20 лет назад после того, как с неба на землю упал воздушный шар, а вместе с ним я и еще несколько человек. Мы сильно разбились, выжили не все. Перед этой катастрофой я, 23-летняя круглосуточная тусовщица и успешный журналист, говорила, что жизнь скучна и что мне требуется встряска. Получила.
Тогда же, кстати, вылетел страх одиночества: я прочувствовала всеми своими переломанными костями вот это «уходим мы одни», когда лежала в реанимации в далеком сибирском городе.
Потом, когда несколько месяцев восстанавливалась дома, попросила у психотерапевта, который помогал справиться мне с ПТС: «Я привыкла носиться с шилом в попе и танцевать по ночам в клубах, а теперь вот лежу лежачая – дайте мне что-нибудь, что я могла бы делать с собой, для себя.» Он показал мне медитацию по чакрам: оказалось, помимо светомузыки на танцполе бывают цвета и ощущения где-то в теле, и они куда-то ведут и на что-то влияют.
Не то чтобы я начала практиковать с тех пор и навсегда, но научилась хорошо чувствовать тет-а-тет с собой – это точно.
И запомнила: все может закончиться внезапно, в один момент. Сейчас ты жива: ходишь, видишь, слышишь, чувствуешь, размышляешь, смеешься – так будь благодарна и не проси лишнего. Именно поэтому — нет, мне никогда не бывает скучно.
Мне очень понравилась фраза режиссера Кантемира Балагова, которую он сказал в интервью Дудю — про тавтологию существования: “Если вы каждый день равны себе, то тогда зачем вы?” Важный для меня тэг #изменения — я занимаюсь собой, своим здоровьем, образованием, чувствительностью, чтобы сегодня быть немножко другой, чем вчера.

Практика: быть в теле, а не только в уме, расслабляться, находиться в состоянии “я есть”, медитировать — это то, чему я уделяю время уже несколько лет, по возможности, каждый день.

Не грустно?
В дни, когда я пишу этот текст, я проживаю смерть человека, который был в моей жизни больше 30 лет и оказал на нее большое и неоднозначное влияние. Проживаю эту потерю впервые в жизни вчистую, по полной программе — не забалтывая, не запивая алкоголем, принимая все, что приходит. А приходит разное — и теплое, и поддержка, и обиды, и тяжесть, и вопросы, и опыт, и пустота. Рыдаю, конечно, тоже.
Смерть близкого — это один из крайних примеров, но способность выдерживать любые свои чувства — важный лайфхак.
Когда я выросла из адского своего пубертата, в какой-то момент вдруг сделала взрослое открытие: твоя депрессия, твоя тоска, твое одиночество — это не ты. Ты можешь не быть внутри своего чувства, ты можешь сделать шаг в сторону. Чувствовать, не замирать, дышать, оставаясь в контакте, оставаясь живой, оставаясь собой.
Невозможно быть только радостным, все в нас меняется как переменная облачность на небе. Если не бояться любых погодных проявлений своей жизни, то тогда они случаются и просто проходят, не заякоряясь, не тянут тебя ко дну, не приковывают к неизменности происходящего. Утекает одно, притекает другое, и ты наблюдаешь, принимаешь, отпускаешь. Так и живешь.

Практика: прописывание того, что волнует, на бумаге от руки — терапевтичная история, которая позволяет выгрузить шлак и разложить оставшееся по полочкам.

Не страшно?
«Люди трутся друг о друга взглядами. Ненавидят ход вещей. Их головы набиты рваными облаками, ошметками надежд, материнскими наказами и всей той мутью из телевидения, интернета и компьютерных игр, которая подменяет им память и которая помогает им бороться с самими собой. Единственная их пища и сила – страхи. Страх в каждом из них. Страх быть собой, страх не соответствовать навязываемым призракам, страх оставаться одному. В глотке каждого стынет тихий вопль,» — прочла сегодня мысли кота-философа, наблюдающего за людьми в метро, в чудесной книжке Григория Служителя “Дни Савелия”
Самопартнерство – оно стоит рядом еще с разными само-: самодостаточность (тебе себя в достатке), самостоятельность (уверенно стоишь на своих двоих), самоценность (ты ценна своей уникальностью и самим фактом существования) – в отличие от самооценки, которая часто опирается на то, что думают о тебе другие.
Вообще-то, я не планировала становиться self-partnered и всегда с восхищением и уважением смотрю на дружные крепкие пары, которые сохраняют друг друга в долгом союзе. Но за годы собственных практик и работы с разными специалистами смогла найти в себе большое это богатство — собственную ценность, которая просто — есть. Когда находишься в контакте с собой (с внутренним стержнем, бессмертной душой, высшим я — называйте как угодно), знаешь — если внешнее заберут, будет больно, но твой мир не рухнет и не разобьется совсем уж вдребезги.

Практика: выгружать накопившийся гнев, страх и другие эмоции экологичным способом, например, проораться в лесу или за рулем, поколотить “грушу” или сделать симхасану.

Не сложно?
За время, что я готовила этот материал, мне встретились похожие цитаты: доктора Сью Джонсон о том, что “в современном мире в отношениях мы часто хотим, чтобы один человек выполнял функции, которые раньше выполняла целая деревня”. И мужского коуча Александра Баранова, который интересно рассказывает о своем непростом опыте зрелого отцовства: “Правду говорят: чтобы вырастить ребенка, нужна деревня”.
Самостоятельная загородная жизнь, помимо прочего, научила меня выйти из разрушительной позиции «я сама, все сама», развить горизонтальные связи в среднем круге, научиться обращаться за помощью и получать ее.
Мы обменялись ключами с тремя ближними соседями и можем, если что, приглядеть за домом, полить цветы, покормить котов, собаку или черепаху, прийти друг к другу на обед, принести цитрусовых во время простуды, поиграть вечером в Имаджинариум или почитать вслух Ходасевича.
Добрососедские отношения — это важная история, которой точно не было в городе, и это дает колоссальную поддержку — когда ты не навешиваешь все свои потребности на мужа, родителей, взрослых детей, а можешь, при необходимости, обратиться к другим людям и быть полезной им самой.
Также со временем у меня здесь появилось несколько мужчин, которые всегда помогут с “мужскими делами”. Да, вначале один подтрунивал надо мной: “Вот, замуж не вышла, и колеса зимние некому погрузить. — Как некому? Ты же помогаешь. И это явно не повод выходить замуж”.

Практика: научиться действовать через “я хочу это сделать, потому что мне станет от этого легче” вместо “я должна это сделать, чтобы было чисто”. Убирать из жизни перфекционизм и желание контролировать других, потому что “ты знаешь, как сделать лучше”.

Жить одному или быть одиноким
На самом деле, уехав “из города в деревню”, я решала свои внутренние проблемы, и одним из условий “выздоровления” стало вот это почти отшельничество в прекрасной моей башне из слоновой кости. Я даже работала дистанционно, соответственно, приезжать “в социум” могла нерегулярно — на встречи, за красотой и культурой.
А потом вдруг на одном психологическом тренинге в обнаружила, что стала тем самым “неуловимым Джо, которого никто не ищет”, очень из-за этого расстроилась и пришла к выводу: “Людям нужны люди”.
Мы общались с доктором Дмитрием Шаменковым, который много говорит и пишет об эпидемии одиночества, — о том, что одиночество разрушительно сказывается на здоровье и что движущая сила эволюции — кооперация, сотрудничество.
“Есть понятие living alone – проживать одному. И есть loneliness – переживаемое чувство одиночества. Living alone – это безопасная история, если она не сочетается с чувством одиночества, ключевое слово – чувство. И если при этом не обозначает социальную изоляцию.
Почему важно сообщество? Потому что реализация не происходит сама по себе, она происходит исключительно в человеческих контактах. Даже художнику нужен наблюдатель,” — говорит Дима.
И здесь для меня начинается самое интересное: как, однажды наладив эту связь с собой, оказавшись на своей стороне, узнав свои настоящие “хорошо” и “удобно”, перестав делать что-то для кого-то, чтобы что-то заслужить, а делиться своим “хорошо” по собственному желанию исключительно из ощущения изобилия, — как начать выстраивать близкий контакт с другим, у которого свои “хорошо” и “удобно”?
Не зря говорят — можно долго заниматься медитацией осознанности в пещере на горе, но потом попробуй выйти к людям и остаться осознанным там.

Вчера встретились в ленте фейсбука два поста. В одном знакомая девушка задается вопросом: “Если всегда выбирать себя, и партнер всегда будет выбирать только себя, то отношений не случится. Каждый будет жить исключительно своими интересами, своей жизнью, собой.”

И как будто бы отвечает ей психолог Нина Рубштейн: “Если вы в состоянии самостоятельно решать свои проблемы и задачи, связанные с самообеспечением и саморегуляцией, то вам не нужно стараться изо всех сил угождать другим людям и быть для них особенно приятными и хорошими, чтобы им нравиться. Кому-то вы понравитесь, кому-то — нет. Но есть еще такая категория отношений, как со-жительство, со-трудничество, дружба, в которых, если вы игнорируете других людей и их потребности, то эти отношения разрушаются.”

Мой опыт само-партнерства научил меня вот чему: чувствую себя хорошо — это не ответ выздоравливающего на вопрос “как ты сегодня?”. Это значит — не игнорировать себя, культивировать в себе и вокруг то, что дает радость и силу, быстро уходить от того, что разрушает, и обращаться за помощью вовремя, профилактически, а не при остром проявлении симптома или переходе проблемы в хроническую форму. Мне нравится такая картина мира, когда внутренний взрослый ответственен за внутреннего ребенка, а внутренний мужчина занимает равное место с внутренней женщиной.
А что касается “близких контактов третьей степени” — мне кажется, полюбив, наконец, себя, “как самого себя”, будет интереснее развивать и любовь к ближнему — без навешивания ожиданий, претензий, долженствований и ролей.

 

Фото Саша Ши

Обсудить эту и другие статьи можно в нашем instagram.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. В случае проблем со здоровьем не занимайтесь самолечением, проконсультируйтесь с врачом.