Полиаморы: казнить нельзя помиловать

Полиаморы – эти люди, способные испытывать одинаково сильные чувства к более чем одному партнеру одновременно. Для многих такая любовь и такие отношения недопустимы и возмутительны. Но писательница Дарья Мийе убеждена: полиамория – это не распущенность, и полиаморы не угрожают ни семье, ни браку.

 

Дарья Мийе, автор романов «Как жить с французом?» и «Делать детей с французом», открыла в своем блоге серию общественных консультаций по скользким вопросам – развода и расширенных семей в разных культурах. Полученный материал ляжет в основу третьей книги серии. Предлагаем вашему вниманию одну из интереснейших, на наш взгляд, дискуссий о довольно старом явлении, говорить о котором открыто стали совсем недавно, – полиамории. 

Дарья: Меня открытие дискуссии о полиамории невероятно раскрепостило. Я узнала это слово два года назад, а до тех пор привыкла думать, что если могу увлекаться несколькими людьми сразу, значит просто не встретила настоящей любви. И то ли я фригидная, то ли нимфоманка, то ли с расстройством привязанности. Когда уже придёт Тот, что вышибет из меня это постыдное донжуанство?! Но в то же время я чувствовала, что эти уничижительные выводы идут вразрез с интенсивностью и искренностью моих переживаний. Каждую свою любовь я ощущала мощнейше, выпукло, грандиозно! Теперь, когда об этом заговорили, мне стало проще себя идентифицировать. 

Людмила: Раз вы так чувствуете, значит имеете на это право. А для меня это невозможно – жить с человеком и знать, что он в это время встречается с кем-то ещё. Тогда я перестаю ему верить и отхожу в сторону. Но в области человеческих чувств много изменений произошло за последние 40 лет. У вашего поколения другие стандарты поведения и мировосприятия.

Марго: Да, в последние десятилетия люди стали больше внимания уделять собственным чувствам и эмоциям, своему внутреннему состоянию счастья (ходить на терапию, осознавать детские травмы и проч.), и как итог всё меньше оставлять места на общественные установки и социальные нормы. То есть в центре внимания теперь сам человек, его личные потребности, желания, самоощущение, а не то, чего ждёт от него общество и иногда даже партнёр. 

Светлана: А вот мне не очень нравится, когда говорят про стандарты какой-то эпохи. Получается, что наше поведение зависит от того, что нам навязывают, что сегодня модно. Это, конечно, имеет место быть, но всё же хочется верить, что человеческие взаимоотношения более осмыслены.

Дарья: Но ведь моногамность и её концентрированная идея «один партнер на всю жизнь» стандартны лишь для определенной социокультурной общности. Не во всех культурах это так. Не во все времена было так. Не все люди, выросшие в этих стандартах, чувствуют себя в них комфортно. Много ещё таких выносов за скобки можно сделать, и хорошо, что теперь эти люди «за скобками» получили возможность называть свои особенности чувствования каким-то специальным словом.

Марго: Мне как раз кажется, в пику тому, что сказала Светлана, что отношение к отношениям стало более осмысленным, и именно поэтому у классической модели семьи появились варианты.

Светлана: Нет, я принимаю все типы поведения, всегда пытаюсь понять. Но меня смутило, что теперь полиаморные люди пытаются навязать всем своё мировоззрение, говоря, что именно так и должно быть в природе, а моноаморные просто-напросто зажаты стандартами и не понимают ничего в любви. Вот с этим я согласиться не могу. И моноаморный человек – это не одна любовь на всю жизнь, а просто один партнер в определенном промежутке времени. А полиаморный – несколько партнеров одновременно. У моноаморного, когда любовь уходит и партнер тебя больше не устраивает, вы расстаетесь. А полиаморный хочет сохранить отношения путём дополнения новыми. Как, например, герой моего эссе, который говорил, что он «верен» жене, но его в ней много чего не устраивает, и поэтому он ищет других женщин. Спрашивается, зачем он живет с ней всю жизнь?

Дарья: Вы очень хорошо сформулировали! Именно так: у полиаморного человека новая влюблённость не сталкивает с пьедестала предыдущую. Любовь к другому у него не означает пренебрежение первым или остальными. Часто она выливается, наоборот, в повышенное внимание и в разрядку напряженности отношений (и нет, не всегда из-за чувства вины, хотя его исключить тоже нельзя). А уж супруги так врастают в жизни друг друга, что выкорчёвывать их оттуда обычно не хочется никому, даже моноаморам. Жена быстро становится частью картины мира, как мама и папа, не важно плохая она или хорошая – он её по-своему любит. Но параллельно с этим у него могут зарождаться и развиваться чувства к другим людям. 

Марго: Я лично полиаморам завидую, потому что они честные. Для меня это в первую очередь проявление именно честности по отношению к себе. Не говорите мне, что люди, состоящие в браке, всегда верны. Это неправда. Так всегда было и будет. Человек полигамен. Но, как везде, есть исключения. И да, есть в мире однолюбы. Есть те, которые могут любить сразу нескольких человек. Это две крайности, но почему-то одну мы превозносим, а другую осуждаем. 

Светлана: Люди в браке неверны из-за множества причин – потеря новизны, обыденность, поиск новых ощущений, соблазн и т.д. Полиамория – это другое: человек сразу предупреждает, что у него не одна избранница.

Дарья: Ведь не то что бы полиамор судорожно ищет, в кого бы тут параллельно влюбиться. Он просто сознает, что такое может с ним приключиться. Это во многом дело случая. Есть моноаморы, которые десятилетиями живут без любви. И полиаморы такие есть. Есть те, кто всю жизнь любят одного, но лишь потому, что другой достойный любви не встретился. Я бы определила полиаморность как осознание человеком своей способности любить одновременно НЕ одного партнёра. А уж кто как той способностью распорядится, зависит от многих факторов.

Светлана: Как же тогда определить полиаморность, диагностировать её у себя или партнёра?

Дарья: Думаю, самым правильным будет спросить: бывало ли, чтобы тебя одновременно тянуло к двух людям, но по-разному? Если ответ положительный, можно дальше исследовать его на полиаморность. А если человек старше тридцати (при условии жизни в большом городе и/или умении пользоваться соцсетями и приложениями) искренне отвечает «нет, никогда!» – то он, возможно, моноамор. Не знаю, поздравлять его с этим или сочувствовать, но его право таким быть – неоспоримо.

Светлана: Я могу полюбить человека не сразу, мне должно быть с ним хорошо и интересно, я должна ему доверять. Но если я полюбила, мне неинтересны другие мужчины, вот вообще не интересны. А если мужчина скажет мне, что я у него не одна, я подумаю, что я его не устраиваю, не зацепила, что он ищет лучше, а значит он просто не мой человек. И стандарты тут совершенно ни причем. Ну, моногамный я человек, хоть тресни, и меня без толку убеждать, что я должна раскрепоститься! Если другие люди в нашу эпоху раскрепостились и дали волю своим настоящим желаниям, это чудесно! Главное, следовать своим чувствам, а не тенденциям.

Дарья: Абсолютно вы не должны раскрепощаться, и вообще никому ничего не должны, кроме как своим родителям – быть счастливой. И в том, по сути, ваш единственный перед ним долг. Но вы только что признались, что судите людей по себе и даже не допускаете мысли, что у партнёра понимание любви может отличаться от вашего. То есть, как мне показалось из эссе, вы не принимаете полиаморию в широком смысле – не принимаете как вариант поведения для себя и отказываете другим в возможности его принятия как чего-то, что отклоняется от нормы. И вот тут как раз возникает слово «стандарты», говорить про которые вам не очень нравится. Я вот могу искренне любить одного человека… и искренне – другого. Но по-разному. У нас пока мало терминов для объяснения этих нюансов, но я для себя выбрала слово «спектр». Моя любовь может быть из разных частей спектра. Я попробовала варианты и даже к моменту замужества заблуждалась насчёт того, что такое действительно комфортные для меня отношения. А потом просто приняла мысль, что отношения могут быть комфортными по-разному. Один человек может создавать ощущение теплой ванны, и ты его за его любишь. А другой может стимулировать твой мозг, который есть твоя главная эрогенная зона. А третий – наполнять тебя ощущением, что ты можешь перевернуть мир. А четвёртый – создавать иллюзию, что все струны твоей души услышаны. А пятый… ну, вы поняли. Не то чтобы ты ими жонглируешь в зависимости от актуальных потребностей, но остро ощущаешь нехватку какого-то вида энергии, если её отключают. Честно ли признаваться в этом избранникам? Ой, вопрос. Мне кажется, общество пока не готово к этому принятию. Но я вижу свою задачу как журналиста и литератора эту «данность» раскачать. Мне хочется, чтобы люди понимали, что полиамор – не вечно неудовлетворенное исчадье ада и не несчастный человек, недополучивший чего-то в детстве, а просто один из вариантов.

Любовь: Кажется, я поняла: просто полиаморные люди – влюбчивые. Мне, чтобы влюбиться, нужен мужчина 3 в 1. Его найти нелегко. Кто-то выбирает более простой путь…

Дарья: А вот и нет! У влюбчивых новая влюблённость вышибает старую, и это происходит регулярно. А у полиаморов ровно наоборот: новая влюблённость дополняет предыдущую, оздоровляет её. Полиамор может «честно» любить двоих (или больше) партнёров всю жизнь, и таким образом поддерживать баланс отношений. А может увлечься другим человеком после двадцати лет моногамных отношений, не утратив при этом любви к первому партнёру. Мой кровный интерес состоит в том, чтобы найти для этого слова, понятия, термины, рассоединить полиаморов с образами казановы, изменника, предателя и т.п. Это люди с иным типом чувственности. Возможно – возвращаясь к нелюбимым вами стандартам – со временем многие поймут, что они на самом-то деле тоже имеют особенность увлекаться несколькими людьми одновременно. Пока неизвестно, сколько нас таких, все же страшно стесняются признаться, тем более при живых супругах!

 

Продолжение следует.

 

 

 

 

 

Иллюстрации и фото автора.

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.
В случае проблем со здоровьем не занимайтесь самолечением, проконсультируйтесь с врачом.